«Мы не желаем мириться с карательной политикой против инакомыслящих»
Гульнара Бекирова, авторская программа «Тарих левхалары» (телеканал АТР-Радио «Мейдан»)   
25.05.2009 г.

К 40-летию Инициативной группы по защите прав человека в СССР

В наших передачах мы неоднократно говорили и будем еще говорить о важных вехах в истории правозащитного движения в СССР. Историю инакомыслия, освоение опыта интеллектуального сопротивления я считаю сегодня в высшей степени существенным для формирования демократического, гражданского общества, которое, как мне кажется, в нашем благодатном Крыму существует лишь в зачаточном состоянии.

Сегодня мы будем вспоминать события 40-летней давности.

20 мая 1969 года была образована Инициативная группа по защите прав человека – первое в СССР правозащитное объединение. Это событие историк, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева назвала «самым важным событием в истории отечественного правозащитного движения, которое до тех пор не имело никаких организационных форм, никакой структуры с самого своего возникновения в середине 60-х годов».

Действительно, в начальной стадии правозащитного движения и речи о создании какой-либо организации. Большинство тех, кто участвовал в зарождавшемся правозащитном движении, были против каких бы то ни было организаций.

Но… 7 мая 1969 года, в Ташкенте, был арестован опальный генерал Петр Григоренко, а спустя несколько дней - еще один активист правозащитного и крымскотатарского движений Илья Габай, что в значительной мере катализировало создание правозащитной ассоциации.

Выросла она из самой распространенной формы совместных выступлений правозащитников - из коллективных писем. 20 мая 1969 г. в Комиссию ООН по правам человека было направлено письмо с просьбой поставить на рассмотрение вопрос о нарушении в Советском Союзе одного из основных прав человека – право иметь независимые убеждения и распространять их любыми законными средствами. Эту же дату принято считать днем создания Инициативной группы по защите прав человека.

В письме указывалось, что на политических процессах в СССР людей судят «по обвинению в клевете на советский государственный и общественный строй, с умыслом (ст.70 УК РСФСР) или без умысла (ст.190-1 УК РСФСР) подрыва советского строя». На самом же деле никто из обвиняемых не стремится оклеветать и, тем более, подорвать советский строй, и людей осуждают по вымышленным обвинениям, практически – за убеждения. В письме говорилось о процессах Синявского и Даниэля, участников демонстрации 25 августа 1968 года, Анатолия Марченко, Вячеслава Черновола, крымских татар, прибалтийцев, советских евреев, требующих выезда в Израиль; о недавних арестах: Виктора Кузнецова, Ивана Яхимовича, Петра Григоренко, Ильи Габая. Письмо также указывало на «особенно бесчеловечную форму преследований: помещение в психиатрические больницы нормальных людей за политические убеждения».

Письмо подписали 15 человек, которые и стали создателями Инициативной группы по защите прав человека в СССР: Генрих Алтунян, инженер; Владимир Борисов, рабочий; Татьяна Великанова, математик; Наталья Горбаневская, поэт; Мустафа Джемилев, рабочий; Сергей Ковалев, биолог; Виктор Красин, экономист; Александр Лавут, математик; Анатолий Левитин (Краснов), церковный писатель; Юрий Мальцев, переводчик; Леонид Плющ, математик; Григорий Подъяпольский, научный сотрудник; Татьяна Ходорович, лингвист; Петр Якир, историк; А.Якобсон, переводчик. Кроме того, под обращением стоит 39 подписей в его поддержку.

Поскольку служащие представительства ООН в Москве отказались принять письмо, заявив, что они ничего от частных лиц не принимают письмо было отправлено по почте и передано иностранным корреспондентам.

30 июня 1969 года Инициативная группа направила дополнительное письмо с сообщением о «новых, особенно болезненных фактах нарушения прав человека»: о новом деле, возбужденном против Анатолия Марченко, автора книги «Мои показания» о постсталинских политических лагерях.

Всего, начиная с мая 69 г. Инициативная группа пятикратно обращалась в Комиссию по правам человека ООН с заявлениями, где перечислялись факты нарушения гражданских прав в СССР, говорилось о репрессиях против инакомыслящих.

Спустя год ИГ направила в агентства Рейтер и в АПН письмо под названием «При свете совести». В нем авторы отвечали на вопросы, что такое Инициативная группа, каковы ее цели; почему она действует так, а не иначе?

Отмечу, что спустя год после создания, из пятнадцати человек, входивших в состав Инициативной группы, шестеро были арестованы - Г.Алтунян, В.Борисов, Н.Горбаневская, М.Джемилев, В.Красин, А.Краснов-Левитин.

Цель группы, писали в документе создатели Инициативной группы, указана в самом наименовании: защита прав человека в СССР. Назвавшись Инициативной группой, мы имели в виду еще и другое: явочным порядком утвердить свое право на свободную ассоциацию. Это соответствует Всеобщей декларации прав человека, принятой ООН и официально одобренной Советским Союзом, и не противоречит Конституции СССР. У Инициативной группы нет ни программы, ни устава, ни какой-либо организационной структуры. Мы не связаны никакими формальными обязательствами... Инициативная группа состоит из людей, связанных некоторой общностью взглядов. Всех нас — верующих и неверующих, оптимистов и скептиков, людей коммунистических и некоммунистических взглядов — объединяет чувство личной ответственности за все, происходящее в нашей стране, убеждение в том, что в основе нормальной жизни общества лежит признание безусловной ценности человеческой личности. Отсюда вытекает наше стремление защищать права человека. Социальный прогресс мы понимаем прежде всего как прогресс свободы. Нас объединяет также намерение действовать открыто в духе законности, каково бы ни было наше внутреннее отношение к отдельным законам… Инициативная группа не занимается политикой. Мы не предлагаем никаких позитивных решений в области государственного управления, мы говорим только: не нарушайте собственных законов. У нас нет своей политики, но мы не желаем мириться с карательной политикой против инакомыслящих. Противодействие беззаконию, произволу — вот задача Инициативной группы. Инициативная группа не считает, что, критикуя действия властей, она выступает против государства.

В 30-ю годовщину депортации крымских татар, в 1974 году, Инициативная группа по защите прав человека в СССР направила письмо на имя генсека ООН Курта Вальдхайма:

   Глубокоуважаемый г-н Генеральный секретарь!
   Нам стало известно обращение крымских татар, которое вместе с безответными жалобами в советские инстанции и некоторыми другими документами недавно было адресовано в ООН многими представителями этого притесняемого народа.
   Мы призываем Вас употребить Ваше влияние и все Ваши возможности для того, чтобы трагическое положение крымских татар было быстро и эффективно рассмотрено в соответствующих комиссиях ООН…
   Мы призываем Вас, господин Генеральный секретарь, всеми возможными средствами способствовать возвращению на родину крымских татар, административно удерживаемых в изгнании, вопреки недвусмысленно выраженной воле этого народа.

Противостояние правозащитников тоталитарному монстру было тогда совершенно безнадежно. Состав Инициативной группы неотвратимо сокращался. Еще до ареста Сергея Ковалева в сентябре 1974 г выдавили в эмиграцию на Запад А. Левитина-Краснова. В марте 1976 года скоропостижно умер Григорий Подъяпольский. И вот уже вся ИГ — только две Татьяны - Великанова и Ходорович.

С мая 69 г по ноябрь 81 г. ИГ — коллективно или индивидуально, самостоятельно или в соавторстве — подписано 40 правозащитных писем.

Только четверых из 15-и участников ИГ обошли стороной годы неволи. Одиннадцами остальным досталось совокупно — тюрем, лагерей и «психушек» — СОРОК ВОСЕМЬ лет. И это — не считая 16 лет полуневоли — ссылки. ИГ — это десятки обысков, десятки допросов; месяцы голодовок, ШИЗО. Это — 18 судов и всего две капитуляции (Петра Якира и Виктора Красина).

Наверное, вы спросите меня, а к чему были эти жертвы? Мне кажется на этот вопрос лучше других ответил правозащитник Леонард Терновский в своей книге «Тайна ИГ: люди и судьбы»: «Правозащитные воззвания спасали узников совести от безвестности. Об их судьбах начинали писать иностранные газеты, рассказывать зарубежные радио- и телепередачи… Я не берусь объяснить читателю, что значит для политзаключенного сознание, что он не одинок, что о нем помнят, что за его освобождение борются. Чтобы понять это вполне, надо, наверное, самому побывать за решеткой. Инициативная группа и возобновленная «Хроника» становились гарантом того, что любой арест за слово и убеждения, каждый случай произвола обязательно станут широко известны и вызовут открытый протест. И это, по-видимому, все-таки умеряло порой репрессивную прыть Комитета госбезопасности. Ведь доблестные чекисты привыкли душить свои жертвы в тишине и безгласности. И им делалось неуютно, когда ИГ и «Хроника» высвечивали перед целым миром их «подвиги»… Нет, не были правозащитные призывы ИГ никчемным толчением воды в ступе, бесполезным для тех, кого группа стремилась защитить, и опасным для самих защитников. Но если б даже группа не принесла никакой видимой пользы… нравственный пример обществу и отважное заступничество за жертв беззаконий, — разве этого мало, чтобы посчитать деятельность ИГ осмысленной и оправданной, а ее судьбу — достойной уважения и состоявшейся?».

Программа «Тарих левхалары» выходит на телеканале АТР в субботу в 20:40 и повторяется в воскресенье в 8:40. На Радио «Мейдан» в субботу в 10-00 и и в 16-00.