Крым: этнокультурные ориентиры и политические установки
RUSSKIE.ORG, Филатов А.С., директор Центра этно-социальных исследований при кафедре политических нау   
06.03.2009 г.

Крымский ирредентизм и украинский сепаратизм

В основу анализа тенденций общественного сознания в Крыму положены результаты социологического исследования, которое было проведено Центром этно-социальных исследований 1-2 марта 2008 года в режиме полевого социологического опроса симферопольцев и жителей сельских пригородов.

С учетом того, что население Симферополя и пригородов коррелируется по основным параметрам социальной структуры (половозрастные и этнические признаки, профессионально-образовательный статус) с населением всего Крыма, а также на основе имеющихся данных об идентичности социальных позиций в столичном регионе и в целом в Крыму, мы в состоянии экстраполировать полученные результаты на характеристику социальных позиций всех крымчан. Объем выборки составил 400 респондентов. Выборочная совокупность произведена в соответствии с половозрастными параметрами, этнической принадлежностью, социальным и образовательным статусом населения исследуемого региона. Ошибка выборки не превысила 4,8%.

Исходя из того, что основные переменные, характеризующие общественную жизнь крымчан, достаточно устойчиво выражаются однотипными признаками и индикаторами на протяжении практически всех наших исследований последних лет, они сохраняют свою актуальность и пригодность для нынешнего анализа ситуации.

Отмечу, что указанное исследование проводилось по широкому спектру проблем общественной жизни в Крыму – уровню жизни, состоянию гражданского общества, доверию к политикам, межконфессиональным отношениям, деятельности государства в целом и его органов, степени доверия социальным институтам, источникам социального беспокойства, этнической самоидентификации, уровню конфликтогенности, внешнеполитической ориентации и др. В настоящей статье анализируются социальные переменные, характеризующие сферу этнокультурных и этнополитических отношений. Другими словами, речь идет о том, что модели этнокультурных и этнополитических ориентаций и установок мы можем создавать на основе анализа признаков и индикаторов переменных, которые формально, внешне не имеют этнической выраженности и сформулированные на их основе вопросы даже могут не содержать этнических терминов.

В вопросе "Каким вы хотели бы видеть статус Крыма?", выражена переменная, показывающая предпочтения крымчан в выборе форм и способов социального устройства и организации своего сообщества. Полученные результаты позволили провести такое ранжирование:

  • автономная республика в составе Российской Федерации – 37%
  • автономная республика в составе Украины – 32.1%
  • независимая республика в союзе с Россией, Белоруссией и Украиной
  • (если последняя присоединится) – 10.5%
  • область в составе Украины – 8.3%
  • ациональная крымско-татарская автономия в составе Украины – 4.8%
  • самостоятельное крымско-татарское государство – 4.3%
  • свой вариант ответа – 2.4%
  • вилайет в составе Турции – 0.5%

Прежде всего, следует отметить, что абсолютное большинство крымчан (79.6%, первые три признака) выступают либо за сохранение (32.1%), либо за углубление и повышение нынешнего статуса (47.5%).

Дополнительный анализ социальной проблемы, выраженной в данном вопросе, позволяет сделать следующие выводы. Потенциальным контингентом таких индикаторов, как а) "область в составе Украины", б) "национальная крымско-татарская автономия в составе Украины" и "самостоятельное крымско-татарское государство", в) "автономная республика в составе Российской Федерации" и "независимая республика в союзе с Россией, Белоруссией и Украиной (если последняя присоединится)" могут быть, соответственно, этнические группы а) украинцев, б) крымских татар и в) русских. Исходя из этой характеристики, мы отмечаем, что этнокультурный фактор доминирует среди 44% этнических украинцев, 65-66% этнических крымских татар и 77-78% этнических русских. Иными словами, этнические русские в Крыму обладают на сегодняшний день самым сильным этнокультурным импульсом, направленным на изменение существующего административного статуса Крыма. При этом данный импульс направлен, прежде всего, в сторону воссоединения с Российской Федерацией (он присущ для более чем 60 процентов этнических русских). Таким образом, индекс ирредентизма среди крымских русских размещается на уровне 7 баллов по десятибалльной шкале. Следовательно, в области таких настроений крымское общество приближается к ситуации 90-х годов, если пока еще не первой половины, то конца 1998 г. – времени утверждения ныне действующей крымской Конституции. Индекс сепаратизма по такой же шкале среди русских в Крыму не превышает двух баллов. Самый высокий индекс сепаратизма у крымских татар – он составляет более 3 баллов. Чуть выше этого уровня находится у крымских татар индекс ирредентизма, если понимать, в данном случае, под ним устремления к созданию татарской этнической автономии и возвращение в Турцию.

Не только в данном, но и в любом другом анализе ситуаций, связанных с определением региональной идентичности, выборе регионального статуса или принятием форм политического и государственного устройства регионов, необходимо разводить понятия ирредентизма и сепаратизма, т.к. они выражают принципиально различные социальные явления. Ирредентизм, как социальное настроение, предполагает устремления к воссоединению, реинтеграции ранее социально-политически и культурно-экономически единых территорий. Сепаратизм означает стремления к отделению от существующего государственно-политического образования и создание своего собственного.

Крымское население (4/5 этнических русских, 3/5 этнических украинцев и 1/3 крымских татар) в подавляющем большинстве выступают за восстановление разрушаемого с начала 90-х гг. прошлого столетия единого социально-культурного и политико-экономического пространства. В численном выражении это более миллиона этнических русских, около 300 тысяч этнических украинцев и около 90 тысяч крымских татар. К этой же категории граждан относится еще около 100 тысяч представителей других этнических групп. В сумме мы получаем один миллион 500 тысяч жителей Крыма из двух миллионов. А это 75% крымского населения.

Основные носители идеи ирредентизма в Крыму этнические русские и украинцы по отношении к украинскому государству все еще сохраняют достаточно лояльное отношение. Это проявляется в том, что до сегодняшнего дня они придерживаются формулы образования союзного государства в составе Российской Федерации, Белоруссии и Украины, ну и конечно, Крыма. Хотя, численность крымчан, возлагающих надежды на объединение Украины в целом с российской матрицей, неуклонно (но, пока, не катастрофически) сокращается. Все больше делают ставку в этом процессе на юго-восточные и центральные регионы Украины, считая, что от Галиции, как искаженного европейской культурной агрессией этнокультурного осколка, целесообразнее всего вообще отказаться.

Как уже отмечалось, сепаратизм в Крыму выражен главным образом крымско-татарской этнической группой. Но и здесь он охватывает ок. 30% крымских татар. В численном выражении это порядка 85 тысяч человек. Еще в районе 250 тысяч приверженцев сепаратизма мы можем обнаружить среди этнических русских (хотя в процентном отношении среди русской этнической группы сепаратистов менее 20%) и в пределах 50 тысяч среди этнических украинцев (приблизительно 10%). Общее количество крымских сепаратистов составляет 350-400 тысяч человек, то есть в четыре раза меньше, чем ирредентистов.

Таким образом, говорить о доминировании сепаратистских настроений среди крымчан нет никаких оснований. И, скорее всего, украинствующие политики и идеологи украинства, которые усиленно муссируют мифологемы о крымском сепаратизме, делают это с провокационными целями, объединяя ирредентизм и сепаратизм. Более того, именно крымчане-ирредентисты видят в упомянутых украинских политиках главных сепаратистов, стремящихся отторгнуть и отколоть югорусский (украинский) фрагмент российского социокультурного и цивилизационного пространства (Русского Мира).

В следующем, отобранном для этой статье вопросе – "С какой социальной группой вы себя хотели бы идентифицировать (отождествлять)?" – фиксируется не только приоритет региональной крымской самоидентификации, но и этнокультурные ориентиры основных этнических групп в Крыму.

Приоритетность этнической самоидентификации среди крымских русских составляет 32%, крымских татар – ок. 80%, крымских украинцев – 28%. Оценка признаков самоидентификации с позиции социокультурной и в определенной степени государственной ориентации обнаруживает доминирование пророссийских настроений среди крымчан. Кумулятивный процент сторонников пророссийской ориентации составляет 50.5% – сумма признаков "крымчане", "русские", "советский народ", "россияне". К проукраинской ориентации могут быть отнесены 24.7% респондентов, отметивших признаки "граждане Украины", "украинцы". Хотя в последнем случае признак "граждане Украины" может включать в себя не только проукраински настроенных крымчан, но и тех, кто сохраняет российскую социокультурную традицию, но по причине политического конформизма признает в первую очередь статус украинского гражданства. С учетом этого замечания, количество пророссийски ориентированных граждан в Крыму составляет абсолютное большинство населения.

Вопрос – "Какая политическая идеология для вас наиболее близка?" – рассматриваемый в статье, сформирован, чтобы получить индикаторы к переменной о мировоззренческой ориентации крымчан. В результате проведенного опроса были получены такие данные:

  • демократическая – 37%
  • коммунистическая – 18.3%
  • либеральная – 11.4%
  • социалистическая – 9.7%
  • русского национализма – 6.7%
  • крымско-татарского национализма – 5.8%
  • свой вариант ответа – 2.5%
  • украинского национализма – 2.2%
  • фашистская – 0.6%
  • нацистская – 0%
  • не ответили – 5.8%

Полученные индикаторы, кроме всего прочего, позволяют определить степень этнической мобилизации и этно-национализма или этнического радикализма. Выделяя признаки "русского национализма", "крымско-татарского национализма" и "украинского национализма" в этом вопросе и проведя дальнейшее обследование, мы имеем основания сделать примечания, что допустимое количество приверженцев этно-национальных политических идеологий среди отмеченных крымских этнических групп будет составлять около 10% в среде крымских русских, 39-40% в среде крымских татар и более 11.5% в среде крымских украинцев. Численно группа русских этно-радикалов в Крыму может составлять 110-120 тысяч человек, крымско-татарских – 100-110 тыс., украинских – 50-55 тыс.

Отмеченные количественные пропорции групп этно-радикалов объясняют сложившийся к настоящему времени политический паритет между крымско-татарскими радикальными организациями (типа "меджлис" и "Адалет") и официальными государственными институтами в Крыму, использующими (как правило, в корыстных целях) потенциал русского этно-радикализма. Однако необходимо подчеркнуть, что численное равенство между русскими и крымско-татарскими этно-радикалами сохраняется лишь благодаря латентной и умеренной форме этнических конфликтов. Если этнический конфликт в Крыму перейдет в острую и открытую фазу своего проявления, то численное соотношение резко изменится. И не только вследствие того, что каждая из этно-радикальных групп пополнится за счет новых агентов, прозелитов из числа соответствующих этнических сообществ, но потому, что украинская этно-радикальная группы в ситуации политического обострения вынуждена будет определиться. Вследствие таких изменений, значительно возрастет группа русских этно-радикалов, которые больше получат агентов не только потому, что этнические русские в Крыму составляют 60 процентов (в отличие от крымских татар, которых в объеме крымского население несколько больше 10%); но и от того, что украинские этно-радикалы в подавляющем большинстве будут оппонировать именно этно-радикальной группе крымских татар и при обострении ситуации, несмотря на позиции украинствующих политиков в Крыму, все-таки поддержат русскую этно-мобилизацию.

Такие заключения возникают при рассмотрении переменной, связанной с определением степени конфликтогенности в Крыму. Предложенные в соответствующем вопросе признаки отмечают, что из всех имеющихся сторон этнических конфликтов, конфликт между русскими и украинцами в Крыму является наименее вероятным и находится в рамках статистической погрешности, т.е. в поле социального ожидания населения близок к нулю. При этом самая высокая степень допустимости (из всех форм конфликтов) отведена именно конфликтам с крымскими татарами, где другими сторонами конфликта выступают русские и славяне, практически с равными процентами ожидания – 30.1% и 28.9%, соответственно. Эти цифры однозначно говорят о том, что в случае межэтнического противостояния и острого конфликта в Крыму крымские татары останутся в явном меньшинстве, уступая по численности русско-украинским этно-радикалам в два-три раза, как минимум.

Хотелось бы особо заметить, что приводимые данные опроса вовсе не следует рассматривать в качестве предсказания этнических столкновений или, тем более, их провоцирования. В данном исследовании основной акцент делается на анализ ситуации, который не всегда может быть приятным слуху, равно как и анализ того или иного медицинского заболевания.

Какие формы социальных конфликтов наиболее вероятны в Крыму, по-вашему мнению? (допускалась возможность отметить необходимое количество вариантов)

  • между русскими и крымскими татарами – 30.1%
  • между славянами и крымскими татарами – 28.9%
  • между населением и государственными структурами – 16.9%
  • никакие конфликты не ожидаются, с моей точки зрения – 12.2%
  • между Российской Федерацией и Украиной – 11.4%
  • между крымской властью и центральной украинской властью – 5%
  • между различными экономическими группами – 3.9%
  • между правительственными органами и оппозицией – 3.3%
  • между русскими и украинцами – 2.5%
  • другие формы – 0.3%
  • затруднились ответить – 0.6%

Еще более показательной в этом плане является оценка населением возможных форм межконфессионального конфликта в Крыму. Здесь наши респонденты, фактически, видят одну вероятностную форму конфликта, который, с учетом крымской специфики, имеет четкий этнический контекст, который также указывает на выдвинутое ранее предположение, что в случае острого этнического конфликта в Крыму, крымские татары останутся без реальных союзников из числа других этнических групп.

Между какими конфессиональными группами будет проходить конфликт? (из числа тех, кто считает возможным религиозный конфликт)

  • между православными и мусульманами – 91%
  • между верующими Русской Православной Церкви и Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата – 3.7%
  • между представителями традиционных религий (Христианство, Ислам, Иудаизм и др.) и нетрадиционных верований – 1.6%
  • между верующими Украинской Православной Церкви Московского Патриархата и Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата – 1.6%
  • cвой вариант ответа – 0.5%
  • между православными и приверженцами нетрадиционных верований (иеговисты, кришнаиты, сайентологи и т. п.) – 0.5%
  • между православными и иудеями – 0%
  • между мусульманами и иудеями – 0%
  • отказались отвечать – 1.1%

Следует также отметить, что вероятность социального конфликта в Крыму значительно выше, с точки зрения граждан, нежели религиозного. По нашим данным только 12% респондентов исключают возможность социального, в т.ч. этно-социального, конфликта. В то время как как религиозный конфликт в Крыму исключают более сорока процентов крымчан.

Может ли в Крыму в ближайшее время произойти острый религиозный (конфессиональный) конфликт?

  • да – 52.2%
  • нет – 42.8%
  • затруднились ответить – 5%

Пропорции в вероятностной оценке двух форм конфликта – социального и конфессионального – проявляются и при изучении социальной переменной о параметрах, степени и способах социальной мобилизации. Готовность лично включиться в разрешение конфликтных ситуаций показывает, что именно социальный конфликт провоцирует более высокую степень включенности людей, нежели конфессиональный.

Если начнется социальный конфликт, будете ли вы лично в нем участвовать?

  • да – 29.7%
  • нет – 62.8%
  • затруднились ответить – 7.5%
  • Если начнется межконфессиональный конфликт, будете ли вы лично в нем участвовать? (из числа тех, кто считает возможным религиозный конфликт)
  • да – 8%
  • нет – 33%
  • затруднились ответить – 8.5%
  • отказались отвечать – 50.5%

Несколько лет тому назад мной была выдвинута гипотеза о сохранении традиционной этно-конфессиональной ориентации православных верующих на Украине, несмотря на ряд модернизаций, связанных, в частности, с образованием Украинской Православной Церкви, вместо украинского экзархата Русской Православной Церкви. Толчком к исследованию этой ситуации и рождению гипотезы стали данные, предоставляемые некоторыми украинскими социологическими службами. Так, ряд социологических опросов, проведенных в 2003-2004 гг. по Украине Фондом "Демократические инициативы" совместно с компанией "Тейлор Нельсон Софрез Украина" и Центром социальных и политических исследований "СОЦИС", показывал в позиции конфессиональной принадлежности, что значительная часть украинских респондентов (до 30% по некоторым данным) относила себя к категории православных верующих вне конфессии! При этом среди православных конфессий обозначались Украинская Православная Церковь Московского Патриархата, УПЦ Киевского патриархата и Украинская автокефальная православная Церковь. Анализ данных по отмеченной проблематике от Фонда "Демократические инициативы" позволил сформировать социологическую гипотезу о том, что внеконфессиональная ориентация означает ни что иное, как приверженность к традиционной для Украины Русской Православной Церкви. А отсутствие этого признака в вопросе есть свидетельство некорректной интерпретации понятия религиозной идентификации и ограниченного (неполного) выстраивания признаков по переменной в вопросе о конфессиональной принадлежности.

Исходя из такой гипотезы, в крымском опросе мной в число признаков религиозной конфессии, наряду с Украинской Православной Церковью Московского Патриархата, УПЦ Киевского патриархата была включена Русская Православная Церковь. Украинская автокефальная православная Церковь в структуру признаков не включалась, т.к. другие методы социологического исследования показывали, что в Крым ее приверженцы фактически отсутствуют. Эту методику я использую регулярно, на протяжении последних трех лет и она неизменно дает коррелируемые, одной направленности результаты, что, в числе прочего, доказывает ее валидность (действительность, пригодность) и верифицируемость.

В настоящем опросе были получены такие ответы на вопрос "К какой религиозной конфессии вы себя относите?":

К какой религиозной конфессии вы себя относите?

  • Русская Православная Церковь – 36.7% или 43% от всех верующих
  • Украинская Православная Церковь Московского патриархата – 17.2% или 20% от всех верующих
  • Мусульманство (Ислам) суннитского направления – 10.8% или 12.7% от всех верующих
  • Украинская Православная Церковь Киевского Патриархата – 10% или 11.7% от всех верующих
  • атеист – 9.4%
  • ни к какой – 4.7%
  • свой вариант ответа – 3.3%
  • Мусульманство (Ислам) шиитского направления – 3.1%
  • Иудаизм – 1.7%
  • Церковь Свидетелей Иеговы – 1.4%
  • Римская Католическая Церковь – 0.6%
  • Униатская Церковь – 0.3%
  • Протестантские Церкви – 0.3%
  • Буддизм – 0%
  • отказались отвечать – 0.6%

В заключение хотел бы привести данные, свидетельствующие об исключительной распространенности, а в некоторых случаях и доминировании русскокультурного фактора в социальном пространстве Крыма. Причем, что немаловажно, этот фактор за последние годы нисколько не уменьшается, а, как минимум, сохраняет свои позиции и имеет все шансы выступать в качестве базовой доминанты крымской региональной идентичности. По этой причине любые попытки официального Киева украинизировать крымский регион будут встречать глубинное социально-психологическое неприятие и отторгать Крым от Украины – в ментальном, психологическом, культурном, политическом, социальном планах.

На каком языке вы разговариваете дома?

  • на русском – 86.1%
  • на украинском – 2.5% (13.2% – от своей этнической группы)
  • на татарском – 9.7% (66% – от своей этнической группы)
  • на другом – 1.7 (34% – от своей этнической группы)
  • На каком языке вы разговариваете на работе?
  • на русском – 91.1%
  • на украинском – 1.1%
  • на татарском – 2.8%
  • на другом – 3.9%
  • не ответили – 1.1%
  • На каком языке вы разговариваете с друзьями?
  • на русском – 85%
  • на украинском – 2.2%
  • на татарском – 10.3%
  • на другом – 2.5%

Какой язык вы считаете родным?

  • русский – 73.1%
  • украинский – 6.7% (35.4% – от своей этнической группы)
  • татарский – 13.3% (90.5% – от своей этнической группы)
  • другой – 1.4% (28% – от своей этнической группы)
  • не ответили – 5.6%
  • Владеете ли вы украинским языком?
  • владею свободно – 32.2%
  • понимаю, но не разговариваю – 33.3%

    не владею – 33.1%

  • другое – 0.8%
  • не ответили – 0.6%

Как вы владеете языком своей национальности?

  • свободно – 96.1%
  • начинаю осваивать – 0.8%
  • понимаю, но не разговариваю – 1.9%
  • не владею – 0.6%
  • другое – 0.6%

Владеете ли вы русским языком?

  • владею свободно – 96.6% (больше, чем язык своей национальности)
  • могу объясняться – 2.6%
  • не владею – 0.5%
  • другое – 0.3%

Какому языку СМИ (пресса, радио, телевидение) вы отдаете предпочтение?

  • русскому – 83.1%
  • украинскому – 4.7% (25% – допустимо, что от своей этнической группы)
  • татарскому – 9.2% (62.6% – допустимо, что от своей этнической группы)
  • другому – 3.1%

На каком языке вы хотели бы учиться сами или чтобы учили ваших детей?

  • на русском – 80.0%
  • на украинском – 3.1% (16.4% – допустимо, что от своей этнической группы)
  • на татарском – 10.6% (72.1% – допустимо, что от своей этнической группы)
  • на другом – 6.4%

Филатов А.С., директор Центра этно-социальных исследований при кафедре политических наук и социологии Таврического национального университета им. В.И. Вернадского

RUSSKIE.ORG (Институт Русского зарубежья)